fandaal

Но через несколько
минут мне удалось увидеть теплое малиновое сияние, исходящее от этой
странной вещицы. Она не желала открывать мне свое прошлое: никаких смутных
видений, никаких чужих голосов не было и в помине, только теплое малиновое
сияние... и через несколько секунд я уже не мог отвести от него глаза: оно
подарило мне ни с чем не сравнимый сладкий покой и еще более сладкую
уверенность, что меня бесконечно любят какие-то невероятные могущественные
существа, в чьих руках сосредоточены все кончики невидимых нитей, из которых
соткана Вселенная. В тот момент мне казалось, что эти непостижимые существа,
в которых нет ничего человеческого, действительно любят меня самой
обыкновенной человеческой любовью -- просто жить без меня не могут, и на все
готовы, чтобы доставить мне удовольствие...

Глупо, да? -- Упавшим голосом закончил я.
-- Да уж, ни гениальностью, ни, тем более, оригинальностью здесь и не
пахнет! -- Фыркнул Джуффин. Потом покачал головой, насмешливо и, как мне
показалось, укоризненно. -- В этом ты ужасно похож на все остальное
человечество, мальчик, кто бы мог подумать! Все мы рождаемся и умираем с
одной и той же невысказанной просьбой на губах: "любите меня, пожалуйста,
как можно сильнее!" -- Джуффин скорчил такую смешную жалобную рожу, что я не
удержался от улыбки. Он и сам рассмеялся, а потом снова задумчиво уставился
куда-то вдаль. На этот раз его молчание порядком затянулось.
-- На самом деле все это дерьмо! -- Неожиданно резко заключил он. -- В
отчаянных поисках этой дурацкой несбыточной любви к себе мы проходим мимо
великолепных вещей, которые вполне могли бы сбыться, в том числе и мимо
настоящих чудес. Но нам не до них: мы слишком заняты поиском тех, кто нас
оценит и полюбит...