![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Jul. 22nd, 2009
(no subject)
Jul. 22nd, 2009 12:18 amЯ беларусочку импортировал. Ооочень рекомендую.
http://community.livejournal.com/man_woman/8611849.html
все сообщество чудесное по стилю
примерно как самооборонщики, твердо-презрительные.
http://community.livejournal.com/man_woman/8611849.html
все сообщество чудесное по стилю
примерно как самооборонщики, твердо-презрительные.
(no subject)
Jul. 22nd, 2009 12:44 amособую популярность получили рассказы про бравые похождения метанового танка "Энкиду", который странствовал в одиночестве по европейской пустыне. экипаж его не предавался впрочем унынию, найдя утешение и источник пищи в многочисленных трупах. чтобы не дай бог не подцепить заразу, мясо тщательно проваривалось.
(no subject)
Jul. 22nd, 2009 01:32 amВоланд и я, гоццкая семья,
Давно и конкретно во мраке
Взяли абсент, ужираемся в момент,
Ловим тягу,
Трупную шнягу!
Абсент говно, но пьем давно
Пацаны декаденты, реально в теме
С нами херки, им много не надо,
Бухают круто до упаду,
Одна в ауте, наклоняется,
Струя рвоты на могилу сашеньки,
Бедного мальчика, умершего рано,
Но нам пофиг, реально пофиг
Воланд достал бутылку водки,
Запить абсент,
Ловим момент
Почти спим
На могиле хим
Но вдруг внезапно
Удар по роже
Приходит сторож.
Мат, удар бутылкой
По больной тыкве,
Рука схватила за волосы крашеные,
Тащат наших к выходу кладбища,
А там менты,
СЛЕТЕЛИ ПОНТЫ!
Ментовский бобик, за решеткой готы
И это не готично ни разу
В камеру к быкам, анкх не отдам
Содрали стразы
Давно и конкретно во мраке
Взяли абсент, ужираемся в момент,
Ловим тягу,
Трупную шнягу!
Абсент говно, но пьем давно
Пацаны декаденты, реально в теме
С нами херки, им много не надо,
Бухают круто до упаду,
Одна в ауте, наклоняется,
Струя рвоты на могилу сашеньки,
Бедного мальчика, умершего рано,
Но нам пофиг, реально пофиг
Воланд достал бутылку водки,
Запить абсент,
Ловим момент
Почти спим
На могиле хим
Но вдруг внезапно
Удар по роже
Приходит сторож.
Мат, удар бутылкой
По больной тыкве,
Рука схватила за волосы крашеные,
Тащат наших к выходу кладбища,
А там менты,
СЛЕТЕЛИ ПОНТЫ!
Ментовский бобик, за решеткой готы
И это не готично ни разу
В камеру к быкам, анкх не отдам
Содрали стразы
выпиливать лобзиком!
Jul. 22nd, 2009 06:58 pmhttp://nature-wonder.livejournal.com/166493.html
"Поучительная история про Пенроуза-старшего, рассказанная Фрэнсисом Криком:
Весьма легко делать похожие на правду упрощающие допущения, приводить сложные математические выкладки, которые, казалось бы, дают приблизительное соответствие хотя бы некоторым экспериментальным данным, и думать, что ты чего-то добился. Шанс, что такой подход принесет какую-то пользу, если не считать ублажения собственного «я» теоретика, очень мал, что особенно справедливо в биологии. Более того, к своему удивлению я обнаружил, что большинство теоретиков не слишком задумываются над разницей между моделью и демонстрацией, зачастую принимая последнюю за первую.
По моей терминологии, «демонстрация» - это «теория для успокоения души». То есть, она не претендует на близость к верному ответу, но показывает возможность построения хотя бы теории общего типа. В некотором смысле, это лишь доказательство существования. Между прочим, в литературе есть пример такой демонстрации в связи с генами и ДНК.
Лайонел Пенроуз, который умер в 1972 году, был выдающимся генетиком, занимавшим в последние годы своей жизни почетное место председателя в Юниверсити Колледж в Лондоне. Его интересовала возможная структура гена (интерес, который в то время разделяли отнюдь не все генетики). Кроме того, он любил заниматься выпиливанием фигурок из клееной фанеры с помощью лобзика. Таким образом он построил несколько моделей, чтобы продемонстрировать, как могли бы копироваться гены. Деревянные их части имели весьма хитроумные формы и оснащались крючками и другими устройствами. Если их потрясти, то они распадались на части и занятным образом соединялись. Он опубликовал научную статью с их описанием, а также более популярную статью в Scieпtific American. Соответствующее упоминание также было сделано в некрологе на смерть Пенроуза, написанном для Королевского общества его сыном, выдающимся физиком-теоретиком и математиком Роджером Пенроузом.
С Пенроузом-старшим и его моделями меня познакомил зоолог Мердок Митчисон. Будучи не в состоянии воспринимать его модели всерьез, я все же попытался выказать вежливый интерес. Странным мне показалось то, что все это происходило в середине пятидесятых годов, уже после выхода публикации о двойной спирали ДНК. Я сделал попытку переключить внимание Пенроуза на нашу модель, однако он был куда сильнее заинтересован в своих собственных «моделях». Он думал, что, возможно, они могли существовать в период, предшествующий ДНК и восходящий к самому зарождению жизни.
Насколько я мог видеть, его деревянные кусочки не имели ничего общего с известными (или неизвестными) химическими соединениями. Я, конечно, не верю, что он полагал, будто гены сделаны из кусочков дерева, хотя органическая химия как таковая его, похоже, оставляла совершенно равнодушным. Так почему же его подход был почти бесполезным?
Причина в том, что его модель не достаточно хорошо приближалась к реальности. Конечно, любая модель - это непременно упрощение в той или иной степени. Наша модель ДНК была из металла, но она достаточно точно учитывала известные расстояния между химическими атомами, а также различие в прочности разных химических связей. Сама модель не подчинялась законам квантовой механики, но в известной мере они в ней проявлялись. Например, она не вибрировала вследствие теплового движения, однако мы могли ввести поправку на такие вибрации. Решающим отличием между нашей моделью и моделью Пенроуза было то, что наша модель приводила к подробным прогнозам касательно вещей, которые не присутствовали в модели явно. Быть может, четкой границы между демонстрацией и моделью нет, но в этом случае разница между ними весьма прозрачна. Двойная спираль, детально отражающая химические особенности, была верной моделью, тогда как модель Пенроуза была не лучше, чем демонстрации, «теории для успокоения души».
Еще необычнее тот факт, что его «модели» появились намного позднее наших. Чем они так привлекали его? Думаю, что истинная причина была в том, что он любил выпиливать из дерева фигурки и играть с ними (выдел. мое - nw), радуясь тому, что его любимое занятие может помочь осветить одну из ключевых проблем в его ученой деятельности - природу гена. С другой же стороны, он, по моим подозрениям, не любил химию и не хотел утомлять себя ею.
В этой связи я не могу не подумать и о том, как много свалилось на нас «моделей» человеческого мозга, которые, по большей части, появились на свет потому, что их создатели любят играть на компьютерах, писать компьютерные программы и забывают о всякой рассудительности, когда программа вдруг дает какой-нибудь заманчивый результат. Вряд ли их волнует то, действительно ли мозг использует те механизмы, что отражены в их «моделях».
Выходит, что в биологи хорошая модель должна не только быть обращена к поставленной проблеме, но и, если это возможно, связывать воедино сведения, полученные с помощью различных подходов, так чтобы можно было провести проверку этой теории разными методами. Сделать это не всегда можно немедля - теорию естественного отбора нельзя было проверить сразу на клеточном и молекулярных уровнях, однако любая теория всегда привлечет к себе большее внимание, если найдутся неожиданные доказательства в ее поддержку, а особенно доказательства различного рода."
"Поучительная история про Пенроуза-старшего, рассказанная Фрэнсисом Криком:
Весьма легко делать похожие на правду упрощающие допущения, приводить сложные математические выкладки, которые, казалось бы, дают приблизительное соответствие хотя бы некоторым экспериментальным данным, и думать, что ты чего-то добился. Шанс, что такой подход принесет какую-то пользу, если не считать ублажения собственного «я» теоретика, очень мал, что особенно справедливо в биологии. Более того, к своему удивлению я обнаружил, что большинство теоретиков не слишком задумываются над разницей между моделью и демонстрацией, зачастую принимая последнюю за первую.
По моей терминологии, «демонстрация» - это «теория для успокоения души». То есть, она не претендует на близость к верному ответу, но показывает возможность построения хотя бы теории общего типа. В некотором смысле, это лишь доказательство существования. Между прочим, в литературе есть пример такой демонстрации в связи с генами и ДНК.
Лайонел Пенроуз, который умер в 1972 году, был выдающимся генетиком, занимавшим в последние годы своей жизни почетное место председателя в Юниверсити Колледж в Лондоне. Его интересовала возможная структура гена (интерес, который в то время разделяли отнюдь не все генетики). Кроме того, он любил заниматься выпиливанием фигурок из клееной фанеры с помощью лобзика. Таким образом он построил несколько моделей, чтобы продемонстрировать, как могли бы копироваться гены. Деревянные их части имели весьма хитроумные формы и оснащались крючками и другими устройствами. Если их потрясти, то они распадались на части и занятным образом соединялись. Он опубликовал научную статью с их описанием, а также более популярную статью в Scieпtific American. Соответствующее упоминание также было сделано в некрологе на смерть Пенроуза, написанном для Королевского общества его сыном, выдающимся физиком-теоретиком и математиком Роджером Пенроузом.
С Пенроузом-старшим и его моделями меня познакомил зоолог Мердок Митчисон. Будучи не в состоянии воспринимать его модели всерьез, я все же попытался выказать вежливый интерес. Странным мне показалось то, что все это происходило в середине пятидесятых годов, уже после выхода публикации о двойной спирали ДНК. Я сделал попытку переключить внимание Пенроуза на нашу модель, однако он был куда сильнее заинтересован в своих собственных «моделях». Он думал, что, возможно, они могли существовать в период, предшествующий ДНК и восходящий к самому зарождению жизни.
Насколько я мог видеть, его деревянные кусочки не имели ничего общего с известными (или неизвестными) химическими соединениями. Я, конечно, не верю, что он полагал, будто гены сделаны из кусочков дерева, хотя органическая химия как таковая его, похоже, оставляла совершенно равнодушным. Так почему же его подход был почти бесполезным?
Причина в том, что его модель не достаточно хорошо приближалась к реальности. Конечно, любая модель - это непременно упрощение в той или иной степени. Наша модель ДНК была из металла, но она достаточно точно учитывала известные расстояния между химическими атомами, а также различие в прочности разных химических связей. Сама модель не подчинялась законам квантовой механики, но в известной мере они в ней проявлялись. Например, она не вибрировала вследствие теплового движения, однако мы могли ввести поправку на такие вибрации. Решающим отличием между нашей моделью и моделью Пенроуза было то, что наша модель приводила к подробным прогнозам касательно вещей, которые не присутствовали в модели явно. Быть может, четкой границы между демонстрацией и моделью нет, но в этом случае разница между ними весьма прозрачна. Двойная спираль, детально отражающая химические особенности, была верной моделью, тогда как модель Пенроуза была не лучше, чем демонстрации, «теории для успокоения души».
Еще необычнее тот факт, что его «модели» появились намного позднее наших. Чем они так привлекали его? Думаю, что истинная причина была в том, что он любил выпиливать из дерева фигурки и играть с ними (выдел. мое - nw), радуясь тому, что его любимое занятие может помочь осветить одну из ключевых проблем в его ученой деятельности - природу гена. С другой же стороны, он, по моим подозрениям, не любил химию и не хотел утомлять себя ею.
В этой связи я не могу не подумать и о том, как много свалилось на нас «моделей» человеческого мозга, которые, по большей части, появились на свет потому, что их создатели любят играть на компьютерах, писать компьютерные программы и забывают о всякой рассудительности, когда программа вдруг дает какой-нибудь заманчивый результат. Вряд ли их волнует то, действительно ли мозг использует те механизмы, что отражены в их «моделях».
Выходит, что в биологи хорошая модель должна не только быть обращена к поставленной проблеме, но и, если это возможно, связывать воедино сведения, полученные с помощью различных подходов, так чтобы можно было провести проверку этой теории разными методами. Сделать это не всегда можно немедля - теорию естественного отбора нельзя было проверить сразу на клеточном и молекулярных уровнях, однако любая теория всегда привлечет к себе большее внимание, если найдутся неожиданные доказательства в ее поддержку, а особенно доказательства различного рода."
(no subject)
Jul. 22nd, 2009 07:58 pmFinally, as noted in the introduction, some of the major recent
theories in the field of perceptual classification posit that multiple
cognitive systems underlie the representation of categories. For
example, according to Ashby et al.’s (1998) COVIS (competition
between verbal and implicit systems) model, there are separate
explicit (verbal, rule-based) and implicit (procedural) systems. The
implicit system dominates in situations in which no salient verbal
rule is available for classification, such as the present experiments.
As suggested by Ashby and Waldron (1999), a striatal pattern
classifier might underlie the implicit procedural-learning system.
The general idea in this neuropsychological model is that individual
stimuli are represented in a perceptual space in high-level
visual areas. However, a low-resolution map of this perceptual
space is then represented among striatal units. The striatal units
learn to associate category labels with different regions of perceptual
space.
theories in the field of perceptual classification posit that multiple
cognitive systems underlie the representation of categories. For
example, according to Ashby et al.’s (1998) COVIS (competition
between verbal and implicit systems) model, there are separate
explicit (verbal, rule-based) and implicit (procedural) systems. The
implicit system dominates in situations in which no salient verbal
rule is available for classification, such as the present experiments.
As suggested by Ashby and Waldron (1999), a striatal pattern
classifier might underlie the implicit procedural-learning system.
The general idea in this neuropsychological model is that individual
stimuli are represented in a perceptual space in high-level
visual areas. However, a low-resolution map of this perceptual
space is then represented among striatal units. The striatal units
learn to associate category labels with different regions of perceptual
space.
вечнопрекрасное
Jul. 22nd, 2009 08:46 pmA THING of beauty is a joy for ever:
Its loveliness increases; it will never
Pass into nothingness; but still will keep
A bower quiet for us, and a sleep
Full of sweet dreams, and health, and quiet breathing.
Therefore, on every morrow, are we wreathing
A flowery band to bind us to the earth,
Spite of despondence, of the inhuman dearth
Of noble natures, of the gloomy days,
Of all the unhealthy and o’er-darkened ways
Made for our searching: yes, in spite of all,
Some shape of beauty moves away the pall
From our dark spirits. Such the sun, the moon,
Trees old and young, sprouting a shady boon
For simple sheep; and such are daffodils
With the green world they live in; and clear rills
That for themselves a cooling covert make
’Gainst the hot season; the mid forest brake,
Rich with a sprinkling of fair musk-rose blooms:
And such too is the grandeur of the dooms
We have imagined for the mighty dead;
All lovely tales that we have heard or read:
An endless fountain of immortal drink,
Pouring unto us from the heaven’s brink.
http://www.john-keats.com/gedichte/endymion_i.htm
Its loveliness increases; it will never
Pass into nothingness; but still will keep
A bower quiet for us, and a sleep
Full of sweet dreams, and health, and quiet breathing.
Therefore, on every morrow, are we wreathing
A flowery band to bind us to the earth,
Spite of despondence, of the inhuman dearth
Of noble natures, of the gloomy days,
Of all the unhealthy and o’er-darkened ways
Made for our searching: yes, in spite of all,
Some shape of beauty moves away the pall
From our dark spirits. Such the sun, the moon,
Trees old and young, sprouting a shady boon
For simple sheep; and such are daffodils
With the green world they live in; and clear rills
That for themselves a cooling covert make
’Gainst the hot season; the mid forest brake,
Rich with a sprinkling of fair musk-rose blooms:
And such too is the grandeur of the dooms
We have imagined for the mighty dead;
All lovely tales that we have heard or read:
An endless fountain of immortal drink,
Pouring unto us from the heaven’s brink.
http://www.john-keats.com/gedichte/endymion_i.htm
если правда, то ЛОЛ
Jul. 22nd, 2009 10:24 pmЗа рак ничего сказать не могу, но со СПИДом вроде бы всё понятно. Единичные носители ВИЧ в центральной Африке были всегда. Но терминатором ВИЧа, не позволявшем ему выйти за пределы естественного ареала обитания, был вирус натуральной оспы. Банально, люди заражавшиеся ВИЧ, помирали от оспы во время регулярных эпидемий раньше, чем успевали передать своё заболевание половым путём (СПИД, даже на самых ранних стадиях - предпосылка к 100%-й смертности в случае заражения оспой). Истребили оспу в центральной Африке - получили трансконтинентальную пандемию ВИЧ. Просто и понятно, только говорить об этом не любят.
http://ivanov-petrov.livejournal.com/1198748.html?thread=59205532#t59205532
http://ivanov-petrov.livejournal.com/1198748.html?thread=59205532#t59205532